«Мир не будет прежним. Национальный человеческий капитал, как стратегия конкурентной борьбы»

О том, как превратить кадровый потенциал, человеческие ресурсы в акционерный капитал территорий, о новых подходах к созданию доктрины человеческого капитала в России, рассказывает Юрий Валерьевич Алексеев, Член-корреспондент Российской академии естественных наук, Действительный член Британской академии бизнеса, Посол по особым поручениям Республики Сан-Марино, Член Российско-итальянского совета по инновациям и предпринимательству при Комитете Государственной Думы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству. Ведет интервью Татьяна Вадимовна Минеева, Вице-президент «Деловой России», автор проекта «Как дружить с Государством?»

Сегодня мы раскрываем тему человеческого капитала, как ресурса для регионального экономического развития России. В теории, многие знают, что такое человеческий капитал, но как его использовать на практике? С какой практической точки зрения можно воспринимать человеческий капитал и оценивать его потенциал?

Самое главное для нас, это разобраться в терминологии и определиться, что термин человеческий капитал – не просто яркий элемент информационного или политического суждения, это понятие, несущее глубокий экономический смысл.

В наши дни мы видим, что за всеми процессами стоит экономика. Как бы мы не хотели, но идеология, культура сегодня оказались, так или иначе, в зависимости от экономики. Наша задача – подчинить экономику интересам развития человека, человеческому капиталу. Поэтому слово капитал, в сочетании с человеческим, по моему твердому убеждению и опыту, имеет строго экономический смысл, который ученые до широких масс еще не донесли, не раскрыли, не объяснили.

Сами экономисты говорят об этом только с позиции общих терминов или частных случаев «гудвилл» у компаний. А нам нужно раскрыть значение человеческого капитала с точки зрения экономики, капитала, как емкого актива, который обеспечит возможность получить под его обеспечение новые средства, чтобы инвестировать в будущее. Вот такого общественного понимания термина человеческий капитал еще нет, и возглавляемая мною группа ученых и практиков стремится раскрыть его в своих работах и применяет в своей практической деятельности. Наша задача – превратить, так называемый, ресурсный человеческий потенциал в действительный национальный человеческий капитал, чтобы открыть для России новые, особые конкурентные возможности в глобальном мире.

Юрий Валерьевич, а почему именно человеческий капитал, как вы пришли к тому, что это стало Вашим делом, у Вас целая команда работает над доктриной экономического развития через человеческий капитал?

Да, это команда известных ученых, практиков бизнеса и политиков.

Законы наверное уже пишите?

Готовим законопроект для Российской Федерации.

Как вы к этому пришли? Где был тот момент жизни, что за ситуация?

На самом деле я, как сын офицера, учился в военной академии, чтобы продолжить династию военного. Но в 90-е годы пришлось окунуться в бизнес.  Сначала это было посредничество и предпринимательство, а потом создание производств. У меня было три завода.

Чем эти заводы занимались?

Самым, наверное, теплым и душевным делом, что есть на свете – производством хлеба. Заводы находились в Москве и мы были одними из знаковых игроков на рынке, пекарни-заводы производили продукцию, как по традиционным, так и по новым технологиям, в том числе из цельного зерна. Это другая история, но интересное в ней то, что в кризисном 1998 году цена на хлебопродукцию имела политическое значение для города и не менялась несколько лет: хлеб стоил 3 рубля до и 3,5 рубля после кризиса, хотя мука, например, подорожала после кризиса более чем в четыре раза. Потом я выяснил, что Юрий Лужков покупал эшелонами муку и продавал ее заводам по старой цене, в 4 раза дешевле, а задолженности городским хлебозаводам по налогам раз в году просто списывались. Я решил не ждать и выйти из рискованного бизнеса по производству продуктов, имеющих политическое значение, но опыт свой я получил.

А как Вы сменили род деятельности?

Была такая история: на заводы я трудоустраивал не только молодежь, но и отставных офицеров. И вот однажды ко мне пришли слушатели военной академии, в которой служил мой отец, я их знал с детства, и попросили их трудоустроить. Я говорю: «Ну хорошо, могу помочь, Вы как Государевы люди всегда защищали Родину, что вы умеете? Вы всегда занимались кадрами и социальной работой». Предложил сделать кадровое агентство. Причем, учитывая специфику опыта военной службы, создали агентство в форме некоммерческой организации. Нам помогло еще и то, что в то время было удачное законодательство – некоммерческим организациям можно было осуществлять деятельность по предоставлению персонала на особых условиях, направляя прибыль на социальные цели защиты населения, работников. Наши офицеры-отставники подбирали персонал для компаний-заказчиков и дело шло настолько хорошо, что потребовало уже предпринимательских навыков, и мне пришлось его возглавить. Дальше деятельность переросла в реальный социальный проект, с большой экономической и политической значимостью для нашей страны. К слову, был период, когда в компании работало порядка тридцати полковников запаса, и они между собой называли меня «генералом». Сейчас, конечно, мы трудимся в научном центре, совместно с учеными создавая новую парадигму развития общества, человеческого капитала.

Юрий Валерьевич, а как сегодня к человеческому капиталу относятся в России и за рубежом? С кем нас можно сравнить, где мы отстаем, где мы идем впереди, какой пример можно привести, где это стало реальным капиталом, а не просто ресурсным потенциалом?

Отношение к российским специалистам за рубежом, как и было прежде – устойчиво высокое, то есть, ожидание и внимание к ним всегда большое.  Другое дело, что с каждым годом мир меняется и сегодня нужны специалисты новым областям производства, для которых Россия их не готовит. Система образования в СССР всегда была «заточена» на промышленность, масштабные проекты, а сегодня этого нет. Система образования у нас, за последние годы, существенно деградировала и это, к сожалению, данность. Государство уже не может поспевать за темпами смены требований к новым профессиям, а бизнес не хочет нести расходы на не профильный для него вид деятельности в жестких условиях глобальной экономики, конкуренции на выживание. Нам нужен новый общественный институт управления развитием подготовки и занятостью труженика.

У каких стран мы берем опыт управления человеческим капиталом?

Я не думаю, что мы, к сожалению или к счастью, у кого то берем опыт, на самом деле весь опыт есть у нас самих. Речь идет о том, что к 70-м годам прошлого века мы были страной с самым высоким уровнем среднего образования. Если у Германии специалистов со средним образованием было около 60%, то у нас их было, если не ошибаюсь, до 95%, а это основа, это наш человеческий потенциал, из которого вырастают таланты для любой профессии и специальности. Качество образования, его глубина и масштаб, способность быстро адаптироваться к реальным профессиям, с опорой на всестороннее развитие личности, являются сегодня важнейшими условиями формирования и роста человеческого капитала.

Однако, сегодняшнее образование в России часто получают ради «корочки», его можно назвать «осколочным» и сильно коммерциализированым. Одной из причин этого является то, что сегодня потерян заказчик на профессию и на точный уровень образования. Советское государство подавало сигналы населению о рабочих местах, которые ждут граждан, то есть страна выступала заказчиком на профессии, и было понятно, на кого учиться и какие перспективы ждут работника при выборе одной из 500 профессий, какую карьеру можно построить и какие деньги ожидать. В сегодняшнем мире профессий более 10 тысяч и молодые люди не знают куда идти учиться. Государство сигналов не дает. Стали говорить, что кое-кого подготовили много, но так и не говорят, кого и сколько нужно предприятиям в каждом регионе. Нужен новый заказчик рабочих умелых рук. Нужен заказчик, знающий, где и какие специалисты нужны уже сейчас, и способный дать прогноз, какие и где специалисты понадобятся в будущем. Мы с уверенностью говорим: такую структуру мы создаем и, инвестируя в таланты, новый заказчик будет нести предпринимательский риск своим финансовым капиталом, как публичная кадровая структура.

То есть, проблема в информировании?

Информирование стало бы возможным, если бы появился заказчик на профессии, а его нет: государство уже не заказчик, министерства образования и труда не могут угадать, что нужно будущему бизнесу завтра.

Так проблема в том, что бизнес должен тесно сотрудничать с властью?

Бизнес не должен, не обязан, а главное уже почти не в состоянии деятельно сотрудничать с негибкой властью. И это проблема всего мира. Дело в том, что мы живем в новой реальности, когда у бизнеса нет времени на разговоры, не осталось свободных ресурсов на социальное развитие вообще и даже на кадры в частности. Глобальная конкуренция захватила бизнес.

Хорошо, так что делать?

Нужен третий институт в обществе, который будет заниматься управлением поставкой кадров и возьмет на себя риски инвестиций в человеческий капитал. Другими словами, стране нужны территориальные структуры, которые будут брать на себя ответственность гибко управлять предоставлением трудовых ресурсов и прогнозировать заказ на кадры, имея на подобную деятельность полномочия и рискуя, за свой счет, осуществлять инвестирование в профессиональное развитие человека.

Как же быть с интеллектуальным капиталом территорий? У Вас есть от политической партии проект доктрины, в которой Вы именно эти понятия раскрываете. Поделитесь идеями?

Вопрос в том, как сделать человеческий капитал – КАПИТАЛОМ, а не потенциалом. Вы знаете, что есть термин «индивидуальный человеческий капитал» – это капитал личности. Опять же, слово капитал, мы говорим с условностью, потому, что капитал – это понятие экономическое, это некий залогоемкий актив. Очевидно, будет логичным предположить, что оценить, застраховать и сделать непосредственно конкретного человека активом с возможностью залога невозможно. Но, вполне можно оценить ожидание будущих заработков конкретного человека, владеющего профессией, рассматривая перспективы его возможного профессионального роста.

В Европе, например, французы и швейцарцы ставят эксперименты, в которых носители индивидуального человеческого капитала – это «звезды» искусства и спорта, оцениваемые в миллионах долларов. Их оценивают на уровне персональных брендов и застраховывают, например – тех же артистов, спортсменов, дизайнеров.

На самом деле, это и есть исключение из правил, которое только подчеркивает, что индивидуальный человеческий капитал – это редкое, не массовое явление.

А человеческий капитал территории, о котором мы говорим, является совсем иначе построенным, представленным всеми специальностями и профессиями, прогнозируемым и, что является очень важным, может акционироваться и стать залогоемким активом, а значит – действительным капиталом.

Мы называем такой капитал – Национальным акционерным человеческим капиталом территории. Это наша главная сегодняшняя тема, наш приоритет, поскольку конечная цель нашей деятельности – восстановление конкурентоспособности нашей Родины.

Для современной России это прекрасная возможность показать миру новый путь сочетания экономики, материального аспекта с успешным предпринимательством в социальной сфере, в нашей приверженности принципам гуманизма. Для нашей страны это наиболее подходящий путь потому, что мы соборная коллективистская страна, нам понятно, что кроме наших цепей нам терять нечего и мы можем навалиться «всем миром». Начинать надо с территорий, здесь у нас тяжелая социальная ситуация.

Кто бы за социальные программы не брался, а «воз и ныне там» – занятость, качество и уровень жизни ухудшаются, управляемость государством все более усложняется и так далее. Пора действовать по-новому. Успешный опыт нескольких регионов, например в Калуге, в Татарстане, в Тюмени - редкие исключения на нашу многомиллионную страну. Не имея кроме ВВП других экономических индикаторов, мы даже не можем сравнивать регионы оперативно, ежесекундно.

Что лежит в основе Вашей системы, это какие-то показатели?

Это оценка территории, по факту выплаты на территориях заработной платы и прогноз её изменения.

То есть, это главный показатель?

Индикативный показатель – это текущая зарплата на конкретной территории, для основной массы работников. Это достаточно четкий показатель. По нему мы понимаем, насколько серьезные и технологические инвесторы пришли на территорию, какого уровня открывают и развивают производство.

Например, «КамАЗ» платит своим работникам, условно говоря, 25 тысяч рублей, а «Северсталь» - 65 тысяч рублей, – казалось бы, разница между специалистами – небольшая, но уровень инвесторов и производства другой, потому, что требует от работников новых профессиональных качеств. Так уровень зарплаты в регионе становится индикатором, по которому можно определить платежеспособность населения, налоги и социальные выплаты, уровень потребительского спроса, ожидаемые изменения качества и уровня жизни.

Вы от человеческого капитала перешли к инвестиционному климату территорий, а это то, о чем сейчас говорят Президент России и Агентство стратегических инициатив. Создаются рейтинги и стандарты по инвестиционной привлекательности, дорожные карты, многое уже сделано на региональных и муниципальных уровнях. Бизнес в партнерстве с государством начинает реформы. Какова здесь роль человеческого капитала, и как вы это видите через Вашу систему оценки?

Я предлагаю создание устойчивой системы, которая покажет инвестиционный рейтинг любой территории на основании оценки качества человеческого капитала. Действительно, дорожных карт много, множество идей, проектов «приземляемых сверху вниз». Когда дело доходит до конкретной, определенной территории, мы можем дожидаться десятилетиями реализации этих планов и программ. То, что предлагает наша система – это исходит с мест, «от земли», от самих территорий, это действительно партнерство местной власти, населения с государством, начиная с самоорганизации на местах и создания своих территориальных, национальных акционерных компаний по оценке, развитию и капитализации человеческого потенциала.

Человеческий капитал – это, в первую очередь, актив, который позволит, уже сегодня оформить то, что уже имеют территории, из пассива – в актив и получить средства на инвестиции в завтра. То есть, мы можем получить под залог капитализации предприятий, кадровой компании конкретного города равноценные активы. Так, например, конкретный город, в котором 250 тысяч жителей, по результатам выхода на биржу (IPO) своей публичной акционерной кадровой компании будет иметь оценку первичной капитализации минимум на 100 миллионов долларов. Следующим шагом мы можем под эту сумму капитализации привлечь займ и далее самостоятельно инвестировать порядка 30-40%, то есть это 30-40 миллионов долларов, которые привлекаются как длинные и дешевые деньги на 10 и более лет под 3%-4% годовых.

Эти средства, «инвестиции в себя» помогут удержать наши таланты на своей земле созданием современного уровня качества жизни, новой инфраструктуры и жилья. Я говорю про инвестиции в жилые кварталы домов нового типа, где арендный платеж жителя будет сопоставим с его сегодняшними коммунальными платежами. Жилой актив, в свою очередь, будет оформлен на баланс и создаст рост капитализации территории уже новыми материальными объектами, и мы сможем привлекать средства дополнительно. Вот так, создав единого городского, в данном случае, заказчика, в виде частно-муниципального центра управления капитализации человеческого потенциала территории, мы обеспечиваем приток ресурсов в регион.

Юрий Валерьевич, это все очень интересно, но выглядит фантастически, потому, что работая с предпринимателями, я знаю с каким трудом сегодня они получают кредиты, как сложно получить госгарантию из бюджета, когда даже имущество не берут! О чем мы говорим?

Вот именно, все бизнесмены вынуждены жить старой, навязанной нам единственной экономической теорией Адама Смита. Многие даже не догадываются, что кроме Смитовской теории коммерции – «производи качественно, продавай умело и тогда будет благосостояние народа», существуют и другие, кроме коммерции эффективные формы экономики! Я их назову – это монетизация бизнеса, капитализация, финансово-деривативная мультипликация. А про это у нас никто не рассказывает и никто не информирует, что сегодня необходимо для победы в конкурентной борьбе задействовать все четыре экономические стратегии.

Это амбициозная задача, Вы берете на себя роль поменять сознание людей, что в залог денег можно отдать интеллект?

У всех шикарные базовые знания ведения бизнеса, предпринимательская жилка, гибкость ума, и нам просто надо донести информацию о том, как устроен современный мир за рубежом…

...давайте донесем!

Сегодня, кроме коммерции, существуют, как я уже сказал, монетизация, капитализация и мультипликация. Про это что-то пишут, но никто не понимает, что это именно те экономические пласты, которые для нашей страны пока еще не разведаны, не раскопаны. Мы занимаемся сырьевой экономикой, но не занимаемся переработкой сырья, не создаем продуктов, из того, что добываем. В случае с успешной коммерцией, мы не делаем следующего шага, мы не монетизируем бизнес, как широко это делают за рубежом. А там, даже территории выпускают длинные долговые обязательства, а государство системно и методично поддерживает этот, якобы «свободный рынок» долговых обязательств.

У наших компаний и территорий такого рынка по-сути нет. То есть, базар может быть и есть, но без государственного внимания, поддержки и ресурсов, результатов не будет никогда. А такой рынок монетизации позволяет любой экономике быть в 3-4 раза мощнее, получая своеобразное «кредитное плечо» под доверие к успеху национального бизнеса в прошлом. Не нужно ходить за кредитами и отдавать залоги, можно выпустить ценные бумаги-расписки, долговые обязательства, векселя, «монетизируя доверие», как это было в Америке 30-х, как это было в Японии 70-х. Почему же мы у себя не поднимаем экономику в 3-4 раза и не монетизируем наши несметные богатства – 40% мировой экономики коммерции недрами. Это только первый шаг к изменению экономической парадигмы. А впереди еще стоит задача – публичная капитализация, которая позволяет привлекать уже не кредиты, а инвестиции, и не за счёт прошлого успеха, а за счёт ожидания успеха в будущем. А четвертым шагом повышения конкурентоспособности национального бизнеса является использование финансовых инструментов деривативной мультипликативной экономики. Всё это в арсенале экономик западных стран уже есть. Цена и «длина» кредитных денег и их доступность – всё это делает широкую пропасть между успешными и отстающими. Значит, приоритетом для нашей страны должно стать быстрое и масштабное обеспечение финансово-экономического образования нового уровня. И мы зайдем с другой стороны – покажем пример капитализации социальной сферы. Покажем, как капитализм может служить идеалам гуманизма. И, конечно, требуются огромные усилия всей страны, чтобы эти знания были у чиновников, а страна была преобразована и встала на рельсы новых задач капитализации человеческого потенциала регионов.

Есть ли у Вас готовые кейсы по пунктам реализации, когда и как мы придем к достижению этой цели в ближайшее время, в тех реалиях, в которых мы живем в России? Что реально делать государству, с чем вы хотите достучаться до власти?

Есть кейсы, которые реагируют на сегодняшние проблемы. Допустим –облигационные займы муниципалитетов – это более серьезное подспорье по сравнению с поисками инвесторов, которые приходят в регион и по 2-3 года морочат его руководству головы.

В каких регионах это уже работает?

В большинстве регионов уже работает, но не у всех получается из-за низкой экономической подготовки чиновников, отсутствия определенной управленческой зрелости, системной поддержки государства и мотивации чиновников. Более того, такие задачи надо решать на основе соответствующей государственной доктрины, в том числе и с надлежащим контролем: каждый губернатор, мэр должен отчитывается перед созданной для этих целей службой, которая поддерживает и помогает им монетизировать и капитализировать свою региональную экономику. Такая федеральная структура в стране, назовем её образно «Федеральная служба национального капитала», должна быть укомплектована высококвалифицированными, подготовленными менеджерами.

То есть, этот институт, о котором Вы говорите, сможет системно подготовить, проинформировать людей на местах, «зарядиться» этой идеей и дальше – внедрять и капитализировать, из потенциала и ресурса делать человеческий капитал?

Вы смотрите так далеко?

...я сейчас стратегически мыслю...

Все правильно.

Я уже готова лететь в Петропавловск-Камчатский и спрашивать, как они там все это сделали.

Монетизация – это только первый шаг, который уже сегодня могут исполнить руководители регионов и, таким образом, обеспечить финансирование инфраструктуры своей территории. Поддержка бизнеса – это отдельная тема, которая требует федерального участия для того, чтобы создавать такие ресурсы. Японский опыт подсказывает: Центральный Банк Японии отобрал в 70-е года лучшие компании, выкупил их облигационные займы, потом под эти облигационные займы получил средства Центрального Банка США, а Центробанк США обратился в Федеральную Резервную Систему. То есть, были напечатаны деньги для японских компаний на цели их развития в будущем, для того, чтобы они совершили свое чудо, а значит сначала скупили все самые лучшие в мире технологии, в том числе и технологии управления. Ведь, все это было эффективно скуплено, переоформлено, осмыслено, адаптировано, переименовано, запатентовано и внедрено. То есть, все развитие и конкурентоспособность начинается с денег, а значит – от правильного устройства экономики страны, начиная с регионов. И на одной Смитовской модели  коммерции уже не догнать тех, кто давно вырвался вперед.

А если говорить про бизнес, то существует государственная программа поддержки малого и среднего предпринимательства, там больше 20 фондов государственной поддержки и, на сколько я знаю, они поддерживают именно региональные ресурсные центры, но никто даже строчку туда не вставил по поводу такого планирования, формирования капитала.

Образования и современного экономического кругозора не хватает. Почему-то нам не раскрывают, что действительно государство нуждается в том, чтобы у страны был институт поддержки долгового рынка компаний. Есть множество технологий из прошедших 40 лет и из Японского экономического чуда, и после появления рынка ценных бумаг, по которым выдают публичным компаниям деньги «на будущее», вот с того момента, как я называю, когда капитализм стал версией 2.0.

Капитализм версии 1.0 мог расти на основе успехов в прошлом, но с появлением публичных компаний и поддержки оборота их ценных бумаг, капитализм 2.0 строится на доверии к будущему. Так появились публичные, акционерные капитализированные компании, которым люди всего мира могут доверить свои излишки заработка и, тем самым, «голосовать рублем», доверяя той или иной компании. Это как раз о следующем уровне привлечении ресурсов. Если монетизация в 4 раза повышает стоимость активов, то капитализация позволят в 10 - 100 раз увеличить объем привлечения ресурсов «в будущее», даже без залога и производства продукции на эту сумму. Вот так, за счет публичной капитализации, компании могут привлекать ресурсы в будущее на десятилетия и под малый процент, на уровне чуть выше инфляции. Западные страны так живут с 70-х годов. Весь опыт и практика в мире имеется, а мы думаем по-старинке, что и так выживем – «надо день простоять, да ночь продержаться».

С директорами заводов я разговариваю и говорю: «Вы сейчас еще произведете столько-то турбин, а пока вы этим занимаетесь, и только этим, и не идете на IPO, не идете на капитализацию, ваши конкуренты из Китая выходят на биржу, на IPO. Они и так побеждают вас сейчас по себестоимости продукции. А после IPO, после привлечения ресурсов на 10-летие, смогут 3-5 лет просто демпинговать, зная, что у вас короткие и дорогие, не биржевые инвестиционные ресурсы, а банковские кредиты. Доводят вас, своих конкурентов – до разорения, а потом возвращают все свои деньги за счёт монопольного положения».

А мы 20 лет держимся за счет каких-то своих интеллектуальных наработок советских времен. Хотим конкурировать с китайцами, с Европой? Значит для этого теперь нужно быть на равных по обеспеченности ресурсами. Нужно выходить на IPO и привлекать деньги на своё будущее, на стратегическое развитие, на 15 лет вперед, по ставке 2-4% годовых. В этом теперь есть зрелость и национальная конкурентоспособность. У кого длинные деньги, тот может хоть два раза экспериментировать и даже ошибаться, бракованную турбину выпустить, но зато на третий раз – выпустить шикарную турбину, и отбить все вложения положением на рынке, ведь срок возврата кредита 15 лет и ставка 3%, а не 12%.

А мы «Сухой» пару раз уронили и готовы чуть ли ни крест на всей своей авиации поставить. Многие наши директора заводов об этом мало знают и всех возможностей новой глобальной экономики не понимают. Слышаться даже голоса, что не этично использовать деньги, напечатанные ФРС. Хорошо, давайте создадим срочно свой долговой рынок и эмиссионный центр. Но, чтобы что-то создавать свое, нужно в этом разобраться, а пока нам нужно проникнуть в их систему, не отстать совсем и не уморить голодом наш народ, ставя ежегодно под разорение все большее количество национальных производств. Без мощного рывка по капитализации нам сегодня не обойтись. Стране нужен ликбез, как в 20-ые годы, прошлого века, а смекалки нашим предпринимателям и Кулибиным не занимать.

Вы можете сейчас обратиться к этим директорам заводов, предпринимателям России, российскому бизнесу. Что-то может быть им почитать, посмотреть в Интернет, связаться с Вами?

Нам нужно быть благодарными директорам оставшихся в России производств, за то, что держат нашу страну «на плаву», выживают в кризисы, борются с ежедневными проблемами, но ведь это – и задача государства. В Японии это был Центробанк Японии, это была и есть политика экономической поддержки. Поэтому, чтобы я директорам заводов не рассказывал, чему бы их не учил, каких бы теорий не называл, скажите, куда они с ними пойдут, если государство не зрелое, и их не поддерживает? Они же не пойдут в Японию за деньгами.

Мы хотим российское чудо, не японское!

Конечно, поэтому нам нужно, чтобы институты были российские. Но, если у Эльвиры Набиуллиной была программа выделения до 7 миллионов рублей поддержки для компаний, которые выходят на биржу, на капитализацию, то нужно знать, насколько эта программа сработала, а не осталась на бумаге, как красивая идея и почему не сработала? Ну выпустили хороший документ, сколько компаний об этом знают, могут ли у нас люди вообще стремиться к этому. Чего не хватает для того, чтобы в каждом муниципалитете появилось как минимум по 1-2 капитализированных компании, то есть базовых налогоплательщика для региона. У нас 68 реально ликвидных компаний на всю страну за 23 года, и у всех «налоговая прописка» в двух городах. Ну что это такое? Стране нужны амбициозные задачи! Нам нужно бежать очень быстро. Нужно за три пятилетки построить новую экономику страны, удесятерить капитализацию!

В колокола надо бить?

Нужно понимать, что мировая экономика - это 700 триллионов долларов, а в России капитализация составляет около 600 миллиардов долларов! Это - 0,5%-2,5% от всей мировой экономики. Ну о каком паритете и конкурентоспособности страны и национального бизнеса можно говорить!

А ведь у нас еще 40% мировых ресурсов. Не то, что не капитализированы, но даже не монетизированы. Любопытно также и то, что много денег населения и даже из теневой сферы выйдут из тени, увлеченные процессом капитализации. Ведь это многократно выгоднее и почетнее, а акции можно передать по наследству. Также мы и наших соотечественников сможем привлечь. Для них слово капитал очень понятное и притягательное. Только теперь это слово по-новому зазвучит и будет тянуть на Родину. Инвестиции будут идти на развитие человеческого капитала конкретного российского региона, города, муниципалитета.

А если с уровня государства спуститься и посмотреть не на малый бизнес, а на средний и крупный, есть же крупные компании, полугосударственные, около государственные? Может быть с ними начать проектную деятельность – формировать этот интеллектуальный капитал, чтобы уже государство обратило внимание? Есть из чего строить эту систему и внедрять ее в регионы?

У нас нет времени на раскачку: 20 лет наблюдать, как ведет себя крупный бизнес, как поживает средний. Время – враг неразвитых экономик и не используемых ресурсов: экономики – умирают, ресурсы – обесцениваются!

Вот санкции... они за полгода всё поменяли. Это вопрос государства. Необходимо такое же военное реагирование. Тем более и с деньгами ситуация изменилась, обычных денег за рубежом для нас нет, но никто не думает о биржевых ресурсах 400 тысяч брокеров всего мира, в управлении которых сотни триллионов средств в поиске размещения. Им известен закон рынка – «скупай всё, что подешевело «на низах», и вот, для этой ситуации, государству необходимо продуманно выделять ресурсы на имидж национального бизнеса для поддержания определенных отраслей. Главное, что на бирже торгуются как правило не более 25% не голосующих акций компаний, так называемых «привилегированных», а это значит, что зарубежные брокеры не вмешиваются в национальные интересы, служат индикатором успеха страны, инвестиционным фронтом. И если страна масштабно и успешно продвигает интересы своего национального бизнеса, и привлекает инвестиции от этих брокеров, то никаким Соросам не справится с успешно капитализированной страной.

Кто-то скажет, что может быть высок риск инфляции, но в мире есть и другие рычаги борьбы с инфляцией. Например, как в Америке сделал Рузвельт – разделил хождение денег среди двух типов банков – на финансовые и на промышленные, чтобы один сектор экономики, скажем потребительский, не пострадал от переизбытка денег или от санкций. То есть, надо проводить инвестиции в инфраструктуру, чтобы денежные потоки разной природы не пересекались. По нашему направлению капитализации человеческого потенциала точно необходимы особые разграничения для деятельности банковских структур.

Это сложный вопрос, Юрий Валерьевич, но наш экспертный проект называется «Как дружить с Государством?». В Вашей теме, которая действительно может быть сейчас всю экономику докапитализирует, до какого-то более высокого уровня и мы повторим это японское чудо, можно ли дружить с государством и как вы собираетесь это делать? Что уже сделано?

Наш проект – это абсолютное сочетание интересов государства, как администрирующего органа и интересов народа, всего населения России. Как например, в древнейшей Республике Сан-Марино, но у нас такое тандемное самоуправление должно быть, на уровне муниципальных территорий.

Сейчас расскажу о механизме. Президент России В.В.Путин в мае 2014 года подписал Указ о предоставлении труда работникам, где наконец-то разрешен вопрос регулирования взаимоотношений между предоставляемыми работниками, работающими в другой организации. Это, как казалось бы, юридическая казуистика, но отсутствие норм сдерживало развитие. Дело в том, что особенностью проекта является его чуткое внимание к стратегическим и не стратегическим работникам. Во многих компаниях сегодня не стратегические работники являются обузой. И часто руководство компаний даже не осознает, что у них есть «на балансе» кадры, не создающие стратегическую ценность для компании, а являются работниками вспомогательных, обслуживающих специальностей.

...которые тянут вниз компанию, если уж на то пошло?

Они не помогают создать капитализацию компаниям должным образом, но находятся в штате. Работодатели были бы рады их кому-то отдать на внешний договор, на аутсорсинг, но нет таких операторов, потому, что весь не стратегический персонал нельзя поделить по отраслевому признаку, по производственной функции. Их не просто кому-то отдать, чтобы кто-то заботливо занимался их развитием, социальной сферой, решением текущих задач и так далее. Так вот, более общее аутсорсинговое решение находится тогда, когда не стратегических сотрудников передают целиком не по производственной функции, а на условиях оплаты за нормо часы, например. Это раньше называлось лизинг персонала, предоставление персонала, аутстаффинг, заемный труд, а теперь с некоторыми уточнениями называется «предоставлением труда работников».

Такая деятельность является тем рычагом, при котором мы разгружаем бизнес от несвойственных ему задач – заниматься не стратегическим персоналом, а доверяем этот вопрос оператору. В нашем случае, частно-муниципальным публичным компаниям. Важно, что для таких специализированных территориальных компаний с государственным участием, с муниципальным участием, не стратегические работники становятся абсолютно стратегическими, становятся тем самым активом, человеческим капиталом. А в целом у нас получается в обществе третья сила. Государство администрирует, бизнес конкурирует, а муниципальная территория отвечает за «своих детей», за свой человеческий капитал, за благо своего народа. Тогда у муниципальной власти появляется финансовый рычаг – капитализировать каждый город можно на сумму от 100 миллионов до 2 миллиардов долларов и больше. По нашим расчетам, в советские времена в СССР было 3900 административных делений, это значит 3-4 тысячи центров капитализации, каждый после первичной капитализации может быть оценен от 100 до 400 миллионов. Это также, как Facebook выходил на IPO. 700 миллионов у него было в начале, а сейчас, за десяток лет, уже 200 миллиардов, причем имея не оборот по конкретной зарплате и конкретные таланты «на борту» компании, а миллионы подписчиков электронных услуг. У нас всё конкретнее. России остается только начать. Начать, банально, считать зарплаты. Почему я говорю про зарплату, потому что она позволяет, подсчитать собственный рост и прогнозировать прирост.

Капитализация – это всего лишь заглядывание в будущее, лет на 20 вперед, сколько эта компания будет стоить через 20 лет? И брокеры, которые торгуют акциями, этими бумажками, они думают «Я верю этой бумаге, она будет стоить дороже через 20 лет» Мы говорим, конечно, кадровое агентство, например, города Твери, будет расти потому, что люди будут получать из года в год всё большую зарплату: они будут повышать свою квалификацию, а тут еще навалятся менеджеры-профессионалы, которые помогут образовательными программами, медицинскими, спортивными, чтоб было больше здоровья, эффективного и творческого труда, как следствие – рост зарплаты. Ведь верим мы, что с возрастом и желанием человек зарабатывает больше. А тут еще и помогают профессионалы из родного городского центра капитализации, которые еще решают и вопросы быта, питания, отдыха, жилья. ЖКХ поднимется на новый качественный уровень. Поэтому, конечно же, финансовый брокер говорит «верю» и голосует своим рублем, долларом, и покупает акции такой компании, и соответственно, капитализация растет, а у нас получается крепкое залоговое плечо. То есть мы для территории помогаем привлечь ресурсы, а это минимум 30-40% от биржевой оценки капитализации. Например, оценили капитализацию в 100 миллионов, значит 30-40% мы можем уже сегодня привлечь как длинные дешевые кредиты и сами инвестировать в проекты настоящего за счёт доверия к нашему будущему: в современное новое оптимизированное ЖКХ, дороги и так далее, с тем, чтобы создать условия жизни этой компании и ее сотрудников. И, где-то через 2-3 года, как только построили квартал, сразу оценили уже не по сметной, а рыночной стоимости, как правило в 2-3 раза дороже, и повесили на баланс кадровой компании – капитализация снова выросла. То есть, Вы говорите, что у бизнеса не берут в залог недвижимость, а мы – и не дадим в залог недвижимость, мы увеличим капитализацию. И уже под капитализацию будем привлекать ресурсы. Так Вы сможете непрерывно увеличивать капитализацию города. Все ведь знают, что настоящий вопрос в мире – это переизбыток денег, а для нас – их дефицит, то есть весь вопрос в оформленности наших активов. Превратить пассивы в активы – вот наша задача. И в стране уже пришло время следующему этапу – говорить не об удвоении ВВП, нам этого не достаточно, нам требуется удесятирение капитализации. То есть, у Америки 29 триллионов долларов капитализации, а у нас всего 600 миллиардов, значит будем смело в 20 раз повышать капитализацию страны!

Это и антирейдерская задача для нашей страны! Если страна капитализирована, то атаковать дорого и не целесообразно, а захватить невозможно. Национальный акционерный человеческий капитал – это еще и наша национальная безопасность!

Обсуждая с экспертами и учеными наши предложения, чаще всего возникают интересные споры вокруг практических решений и это нас радует – значит есть о чем спорить. Над многими понятиями и терминами еще предстоит поработать, создать новый язык.  Прошу читателей интервью критиковать идеи и давать конструктивные предложения. Мир уже никогда не будет прежним и нам предстоит создать новое устройство жизни в стране, в стране, в которой будут жить наши дети.

 

 

Информация об эксперте

Алексеев Юрий Валерьевич, Председатель совета директоров ЗАО Центр исследований и внедрения инновационных технологий управления организациями «Оптима Проект»

Член-корреспондент Российской академии естественных наук. Профессор кафедры социальных инноваций Казахстанского института информационных технологий и управления Казахстанского института информационных технологий и управления. Действительный член Британской академии бизнеса.

Посол по особым поручениям Республики Сан-Марино, Член Российско-итальянского совета по инновациям и предпринимательству при Комитете Государственной Думы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству.

С 2003 года ведет профессиональную деятельность по разработке программ и проектов, направленных на рациональное и эффективное развитие трудовых ресурсов России, социализации трудовых отношений и обеспечение механизмов реальной оценки нематериальных активов бизнеса. Осуществляет научное и методическое руководство коллективом по разработке и внедрению региональных социальных программ, проектов по развитию и капитализации человеческого потенциала и других нематериальных активов территорий.

Регулярно является спикером крупнейших российских форумов – Национальный форум «Государственная служба России: развитие и управление человеческим капиталом»; Национальный Конгресс «Приоритеты развития экономики: модернизация промышленности России»; Саммит деловых кругов «Сильная Россия»; Инновационные форумы в Сколково; и международных форумов в Швейцарии, Франции, Японии, США.

В качестве эксперта выступает с докладами, готовит аналитические материалы, ведет публичные дискуссии по инновациям, социально-экономическом развитии стран и территорий и новых технологиях в социальной сфере.

С 2012 года привлекается в качестве эксперта правительственных делегаций РФ на сессиях Генеральной Ассамблее ООН.

Организатор публичных мероприятий (конференций, презентаций, выступлений, «Круглых столов» и т.д.), как на федеральном (Совет Федерации, Государственная Дума, Общественная палата РФ), так и на региональных уровнях.

Автор серий статей и монографий по социальным инновациям, социологии, социальной ответственности, менеджменту, имеет свыше 20 авторских прав на объекты интеллектуальной собственности.

Издатель журналов «Человеческий капитал», «Социальная экспертиза», «Рейтинг социальной ответственности»; «Коммуникология», «Высшая школа управления народным хозяйством», газету «Оптима пресс».

Сопредседатель Совета Общероссийской общественной организации по защите окружающей среды «Общественный экологический контроль России» (ОЭКР).

Директор Научно-исследовательского центра национального человеческого капитала, общественных структур и коммуникаций Института государственной службы и управления персоналом Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ.

С 2014 года является членом Общественного Совета Внешторгклуба.

 

Информация для членов и партнеров Внешторгклуба

По вопросам Вашего участия в проекте «Как дружить с государством?»
обращайтесь в Исполнительную дирекцию «Внешторгклуба»